Опыт Южной Кореи по регулированию распространения информации в сети Интернет
Южная Корея входит в число стран с самым высоким уровнем подключения к Интернету в мире, как по показателям использования сети, так и по скорости соединения.
В 2024 году число абонентов смартфонов достигло приблизительно 55,1 млн человек, что превысило население страны, составляющее 51,7 млн человек. В 2022 году доступ к Интернету имели 99,96% южнокорейских домохозяйств, что опережает показатели других развитых стран. Согласно данным компании Ookla, которая занимайся тестированием скорости Интернета, средняя скорость загрузки мобильного интернета в Южной Корее в 2024 году составляла 139,98 мегабит в секунду (Мбит/с), в то время как средняя скорость загрузки данных по фиксированной широкополосной связи составляла 169,53 Мбит/с.3
В 2019 году Южная Корея стала первой страной, которая запустила коммерческие услуги мобильной связи пятого поколения (5G).
Ежемесячная стоимость широкополосного доступа в Интернет в стране составляет примерно 26 долларов. На рынке магистральной интернет-сети страны доминирует небольшое количество компаний. Крупнейшим провайдером является компания KT, созданная как государственное предприятие в 1981 году и приватизированная в 2002 году.
Сетевая инфраструктура подключена к международному Интернету главным образом через южные города Пусан и Геодже, от которых международные подводные кабели проложены в Японию и Китай.
Рынок интернет-услуг Южной Кореи достаточно разнообразен и конкурентен. По состоянию на декабрь 2023 года компания KT занимала 40,8% рынка фиксированной связи, SK Telecom – 28,7%, а LG Uplus – 21,4%. Эти же компании контролируют и рынок мобильной связи страны, занимая соответственно 30,2%, 44,0% и 25,7%.
Поставщики услуг блокируют контент, который нарушает закон или социальные нормы, включая предполагаемые угрозы национальной безопасности и общественной морали, главным образом по распоряжению Корейской комиссии по безопасности и защите общественного мнения1Корейская комиссия по связи (KCSC) является независимой организацией в силу закона, хотя порядок ее функционирования регулируется подразделом Закона об учреждении и функционировании Корейской комиссии по связи.
Корейский центр кибербезопасности в 2023 году сообщил о блокировке 220 403 веб-сайтов или веб-страниц. Политический контент, например, материалы, которые могут вызвать симпатию к Северной Корее, может быть заблокирован в соответствии со статьей 7 Закона о национальной безопасности 1948 года. В мае 2024 года Национальная разведывательная служба запросила блокировку 29 версий музыкального видео «Дружелюбный отец», в котором северокорейский диктатор Ким Чен Ын изображен как дружелюбный лидер и которое стало вирусным на платформе коротких видео TikTok.
Корейская комиссия по кибербезопасности блокирует контент, который критикует президента, первую леди или правительство. Полиция и другие государственные органы, а также политически влиятельные лица также могут запросить удаление контента. Например, в преддверии парламентских выборов 2024 года члены правящей консервативной партии «Народная власть» подали в Корейскую комиссию по государственной службе жалобы на ряд неблагоприятных репортажей о партии или президенте Юне, что побудило комиссию ограничить доступ к контенту или ввести другие санкции.
Согласно статье 73 Закона о сетях, поставщики услуг, не соблюдающие предписания Корейского центра кибербезопасности, рискуют быть приговорены к тюремному заключению на срок до двух лет или штрафу до 20 миллионов вон21 033 132 руб. Корейский центр кибербезопасности также использует ряд тактик для регулирования контента, помимо блокировки и удаления, таких как наложение юридических санкций, включая предупреждения, запросы на исправление, приостановку действия лицензий и штрафы. Несоблюдение юридических санкций может привести к более серьезным последствиям, поскольку они учитываются как штрафные баллы в процессе продления лицензий для издателей.
Согласно закону о сетях, компании обязаны немедленно скрывать любой контент, в отношении которого поступил запрос на удаление от отдельных пользователей, в течение 30 дней. Если владелец контента не исправит его или не подаст апелляцию в течение этого периода, контент удаляется. При этом статья 44 Закона призывает онлайн-посредников отслеживать и осуществлять упреждающее удаление проблемного контента в течение 30 дней, даже без явных жалоб. Компании, демонстрирующие активные усилия по регулированию контента, получают благоприятное отношение со стороны судов, в то время как те, кто этого не делает, могут быть привлечены к ответственности за незаконный контент, размещенный на их платформах.
Закон о телекоммуникационном бизнесе возлагает на онлайн-посредников ответственность за удаление изображений и видео интимного или сексуального характера, полученных без согласия пользователей, и предусматривает, что в случае неудаления такого контента посредники могут быть оштрафованы на сумму до 3 % от их доходов.
В 2022 году в преддверии президентских выборов Национальная избирательная комиссия обратилась к поставщикам услуг с требованием удалить более 86 000 онлайн-публикаций, включая материалы, помеченные как содержащие несанкционированные опросы общественного мнения, предположительно ложную информацию и предполагаемую клевету в отношении кандидатов. Это самое большое количество запросов на удаление во время выборов в истории страны.
В Южной Корее некоторые пользователи занимаются самоцензурой, чтобы избежать наказания за свои высказывания, включая обвинения в клевете, которые влекут за собой более суровые наказания, если предполагаемое правонарушение совершено в Интернете.
Поправки к Закону о телекоммуникационном бизнесе, принятые в 2020 году, возлагают на поставщиков контента определенную ответственность за обеспечение «стабильности услуг» в условиях высокого пользовательского трафика. Согласно пересмотренному закону, поставщики контента, такие как Google, Netflix, Meta (запрещена в России), должны финансово и технически обеспечивать бесперебойное обслуживание клиентов. В 2021 году Netflix оспорил это обязательство в судебном порядке, утверждая, что требование к поставщикам контента платить за использование сети подрывает принцип сетевой нейтральности. Однако Центральный районный суд Сеула отклонил этот аргумент.
Правительство не ограничивает использование шифрования, хотя существуют некоторые ограничения на анонимную связь. Операторы мобильной связи требуют от пользователей предоставления выданных государством регистрационных номеров резидентов, а дополнительные требования к регистрации сохраняются в соответствии с такими законами, как Закон о защите детей и молодежи, Закон о содействии развитию игровой индустрии и Закон о телекоммуникационном бизнесе.
В дополнение к Закону о национальной безопасности 1948 года, закон о борьбе с терроризмом 2016 года позволяет Национальной разведывательной службе получать доступ к данным о поездках, финансовым документам, частной переписке, данным о местоположении и любой другой личной информации физических лиц для проведения расследований террористической деятельности на основании одних лишь подозрений и без судебного надзора.
В марте 2025 года Комиссия по добросовестной торговле наложила штрафы на трех крупнейших операторов мобильной связи Южной Кореи после того, как установила, что они в течение нескольких лет сговаривались с целью фальсификации данных о количестве абонентов. В феврале 2025 года южнокорейское управление по защите данных заблокировало загрузку приложения, разработанного китайской компанией DeepSeek. Приложение снова стало доступно спустя два месяца, после того как DeepSeek внесла изменения в свою политику конфиденциальности.
- 1Корейская комиссия по связи (KCSC) является независимой организацией в силу закона, хотя порядок ее функционирования регулируется подразделом Закона об учреждении и функционировании Корейской комиссии по связи
- 21 033 132 руб




